«Британский союзник» №29 1944 г.

Эти сооружения очень прочны, и поэтому для уничтожения их приходится применять бомбы, которые названы Главным маршалом авиации сэром Артуром Гаррисом «бомбами землетрясения».

Описывая налет на стартовые станции в районе Па-де-Кале, пилот бомбардировщика «Ланкастер» сообщил, что первая сброшенная им бомба пробила массивную бетонную крышу и взорвалась внутри, оставив огромную брешь. Вскоре поднялось густое облако дыма, вниз полетели новые 5,5-тонные бомбы.

«Было бы ошибочным недооценивать серьезный характер данной конкретной формы атак. Безусловно, узкие круги Правительства никогда не были склонны недооценивать это. Напротив, до настоящего времени мы значительно преувеличивали размеры опасности по сравнению с тем, что оказалось на самом деле.

Возможность подобных атак постоянно и основательно изучалась в течение большого периода времени. Если бы не наши бомбардировочные операции, — бомбардировка Лондона, без сомнения, началась бы, пожалуй, на полгода раньше и в значительно более крупном масштабе.

Общий вес бомб, сброшенных на стартовые площадки «самолетов-снарядов» и ракетные установки во Франции и Германии, включая Пенемюнде и другие пункты, теперь достиг, примерно, 50 000 тонн, а число разведывательных налетов достигает теперь нескольких тысяч.

Больше года велась невидимая битва, в которой обе стороны использовали большие ресурсы.

Эта невидимая битва разгорелась сейчас открыто, и мы будем иметь возможность и в действительности будем принуждены наблюдать развитие ее с довольно близкого расстояния.

От 100 до 150 летающих бомб, каждая весом около тонны, выбрасывается ежедневно немцами и выбрасывалась на протяжении прошлых двух недель со стартовых установок во Франции.

С учетом скромного веса и небольшой пробивной способности этих бомб ущерб, который они причинили, был значителен. Конечно, его нельзя сравнить с ужасными разрушениями от зажигательных и фугасных бомб во время наших налетов на Берлин, Гамбург, Кельн и десятки других германских городов и центров военного производства в Германии.

Эта форма атаки, несомненно, сопряжена с испытаниями и беспокойством, потому что проводится в течение круглых суток, и население должно свыкнуться с ними. Все должны продолжать исполнение своих обязанностей и дел, а затем, когда кончается долгий трудовой день, должны искать себе наиболее безопасное убежище.

На каждую летающую бомбу приходится только по одному смертельному случаю. По последним сведениям, выпущено 2 754 бомбы, на которые приходится 2 752 смертельных случая. Число погибших будет несколько увеличено смертностью от ран.

Весьма большой процент жертв, о которых я упомянул, — несколько больше 10 000 случаев — приходится на Лондон, который представляет для врага цель шириной в 18 миль и длиной, как я полагаю, свыше 20 миль. Поэтому он представляет собой единственную во всем мире цель для применения оружия, отличающегося столь очевидной неточностью.

К

огда я посетил различные районы, пострадавшие от этих бомб, только один человек из многих сотен виденных мною обратился ко мне с вопросом: «Что вы намерены предпринять против этого?». Я ответил: «Все, что только в человеческих силах, и мы до сих пор никогда еще не терпели неудачи». Он, повидимому, был удовлетворен ответом, и это — единственное обещание, которое я пока могу дать.

Премьер-Министр г-н Черчилль наблюдает в Южной Англии за действиями зенитной артиллерии, сбивающей самолеты-снаряды. Рядом с ним его дочь Мэри Черчилль, служащая на зенитной батарее. Передано по бильду

Каковы виды на будущее? Ухудшатся ли перспективы отражения этой атаки или же они улучшатся, подобно тому как были отражены магнитные мины, как была отражена попытка разоружить Великобританию с воздуха, как была отражена угроза подводных лодок, или же нам предстоит встретиться с новым оружием еще более грозного характера?..

Будут ли ракетные бомбы начиняться более сильными взрывчатыми веществами, будут ли они действовать в более широком радиусе, при большей скорости и с большей силой? Предстоит ли все это пережить нам? Я не могу дать гарантии в том, что какое-либо из этих зол будет полностью предотвращено до того, как наступит соответствующий момент, а он наступит, когда территория, с которой предпринимаются эти атаки, будет окончательно освобождена от противника.

Я хочу внести полную ясность и заявить, что мы не допустим, чтобы боевые операции в Нормандии или налеты на специальные объекты в Германии пострадали от этого. Эти операции стоят на первом месте. Не может быть и речи о том, чтобы допустить хотя бы малейшее ослабление боевых усилий, для того чтобы уменьшить масштабы ущерба, который хотя и причиняет тяжелые страдания многим людям и до некоторой степени изменяет обычную регулярную жизнь и работу Лондона, никогда не помешает британскому народу выполнить свой долг — добиться победы и отмщения.

Многим из нас приятно сознавать, что мы в большой мере разделяем опасности наших солдат, действующих за морем, что удары, падающие на нас, уменьшают то, что в другой форме было бы обрушено на наших воинов и наших союзников. Я уверен в одном: Лондон никогда не будет покорен и никогда не поколеблется. Слава его, восторжествовав над всеми испытаниями, долго будет сиять в мире».

Началась в добровольном порядке эвакуация женщин и детей из Лондона. Открылись пять новых убежищ глубокого залегания, вмещающих 40 000 человек.