С октября 1949 г. - момента, когда была образована ГДР, по июль 1961 года через Западный Берлин в ФРГ бежало около 2,5 млн человек — 1/6 часть от общего населения ГДР. Это вызвало недовольство властей.
Граница между западной и восточной частью Берлина была относительно открытой. Разделительная линия протяжённостью 44,75 км (общая протяжённость границы Западного Берлина с ГДР составляла 164 км) проходила прямо по улицам и домам, каналам и водным путям. Официально действовал 81 уличный пропускной пункт, 13 переходов в метро и на городской железной дороге. Кроме того, существовали сотни нелегальных путей. Ежедневно границу между обеими частями города пересекали по различным причинам от 300 до 500 тысяч человек.
СССР фактически передал свой сектор безопасности Берлина правительству ГДР и потребовал окончания четырёхдержавного управления Берлина и превращение Западного Берлина в демилитаризованный свободный город. В противном случае, согласно ультиматуму, Советский Союз был намерен передать контроль доступа к городу властям ГДР и заключить с ней сепаратный мирный договор.
7 апреля 1961 года Хрущёв выдвинул новый ультиматум по берлинскому вопросу, объявив, что СССР ещё до конца года заключит мирный договор с ГДР и передаст ей всю полноту власти над восточной частью Берлина.
25 июля 1961 года президент Кеннеди в своём выступлении перечислил ряд мер по повышению боеспособности американских вооруженных сил, а 28 июля выступил с заявлением, подтверждавшим решимость США защищать Западный Берлин. 3 августа Конгресс США одобрил выделение дополнительных средств на закупку вооружений и призыв 250 тысяч резервистов.
Эмиграция из Восточного Берлина усиливалась. 12 августа было запрещено свободное перемещение между Западным и Восточным Берлином. Немецкие коммунисты действовали решительно: по тревоге были мобилизованы все рядовые члены партии, которые создали живое оцепление вдоль границы Восточного и Западного Берлина. Они стояли до тех пор, пока весь Западный Берлин не был окружён бетонной стеной с контрольно-пропускными пунктами. Это было нарушением Потсдамского соглашения, предусматривавшего свободное передвижение по городу. Берлинская стена на долгие годы стала символом конфронтации, именно здесь теперь была граница враждующих блоков.
13 августа в воскресенье, к разделительной черте подходят пехота и танки Народной армии ГДР, отряды полиции и рабочие дружины. 14 августа командование ВМС США объявило, что задерживает на дополнительный срок до одного года увольнение в запас 26 тыс. офицеров и матросов. 16 августа 113 частей Национальной гвардии США и резерва были приведены в состояние повышенной боевой готовности. Президент Кеннеди приказал направить в Западный Берлин войсковой контингент численностью в 1,5 тыс. человек. В случае необходимости предполагалось направить в Берлин дополнительную американскую дивизию.
24 августа в ответ на возведение стены вдоль неё было развернуто около тысячи американских военнослужащих, поддерживаемых танками. 29 августа советское правительство объявило о временной задержке увольнения в запас из советских Вооруженных Сил.
12 сентября Флор Козлов, выступая в Пхеньяне, заявил о том, что срок ультиматума для подписания мирного договора с ГДР продлён. На следующий день два советских истребителя произвели предупредительные выстрелы по двум американским транспортным самолётам, летевшим в Западный Берлин.
В сентябре — октябре 1961 года американская военная группировка в ФРГ была увеличена на 40 тыс. человек, и был проведён целый ряд учений.
26—27 октября в Берлине возник конфликт, известный как «инцидент у КПП „Чарли“». К КПП «Чарли» прибыли три американских джипа с военными и гражданскими лицами, за ними шли мощные бульдозеры и 10 танков. В ответ на Фридрихштрассе прибыла 7-я танковая рота капитана Войтченко 3-го танкового батальона майора Василия Мики 68-го советского гвардейского танкового полка. Опознавательные знаки на советских боевых машинах были замазаны грязью, чтобы создать впечатление, что они принадлежат ГДР.
Советские и американские танки стояли друг против друга всю ночь. Советские танки были отведены утром 28 октября. После этого были отведены и американские танки. Это означало окончание Берлинского кризиса. Мир был близок к ядерному конфликту. НАТО решило, что если события будут развиваться по сценарию первого берлинского кризиса, когда СССР установил блокаду Западного Берлина, то они прибегнут к ядерному оружию. Де Голль пригласил к себе советского посла в Париже и проинформировал его о возможности ядерной войны. Тот сказал: „Тогда мы умрём все вместе“. Но обошлось
В 1947 году Индия получила независимость и британцы начали последовательно передавать функции управления правительству своей бывшей "жемчужине британской короны". Но, помимо британцев, на Индостане имелись и португальские колонии. Крупнейшая - Гоа, более 400 лет оплот Португалии в Индии. Остальные несколько - анклавы, окружённые индийской территорией. Связь с ними была только по реке. Всего 4 тыс. кв. км, но население - более 600 тысяч + 175 тыс. диаспоры, в основном в Индии, в основном в Бомбее. В принципе, за 4 с лишним века сложилась особая индо-португальская народность - гоанцы. Всё у них было, как у людей - была и своя оппозиция, с 1928 года организация с гоанским инженером Триштаном ди Браганса Кунья выступала за деколонизацию Гоа, сначала вела "гандийскую" ненасильственную борьбу, но в 1946 году появились и свои партизаны. Гоа было слишком мало для партизанских организаций, поэтому все они квартировались на индийской территории и полностью финансировались и вооружались индийцами. Собственно и гоанцев там было мало - это были индийцы, прошедшие войну и британскую выучку. И борьба была нешуточной - только за 11 месяцев 1961 года было убито 80 полицейских. В 1950 году Индия обратилась к Португалии с предложением "поговорить" о Гоа. Португалия ответила, что Индии просто не было, когда появилось Гоа, эта территория считается частью португальской метрополии и говорить не о чем. В 1953 году Индия отозвала посла из Португалии. В 1954 году Индия начала ограничивать поездки из Гоа и байкотировать португальские грузы.
В июле 1954 года проиндийские силы, включая членов таких организаций, как Объединённый фронт гоанцев (UFG) и др. при поддержке индийских полицейских сил начали нападения на Дадру и Нагар-Хавели. В ночь на 22 июля силы UFG пошли на штурм небольшого полицейского участка в Дадре, убив при этом оказавших сопротивление двух полицейских. Дадра была провозглашена свободной территорией. Для её управления был сформирован так называемый Грам Панчаят. Наутро был поднят индийский флаг и исполнен индийский гимн. 28 июля силы RSS захватили полицейский участок в Нароли.
Просьбы португальских властей о разрешении прохода через индийскую территорию сил подкрепления для Дадры и Нагар-Хавели были отклонены.
Полицейские в Нагар-Хавели оказались окружены и сдались индийским полицейским силам 11 августа 1954 года.
Португальцы обратились в международный суд ООН, который 12 апреля 1960 года вынес решение по «делу рассмотрения права прохода через индийскую территорию» в пользу португальцев, подтвердив их суверенные права на территории Дадры и Нагар-Хавели. Однако португальские власти не предприняли военных действий для возвращения эксклавов.
Индийское правительство приступило к шагам по аннексии Дадры и Нагар-Хавели только после вторжения в Гоа в 1961 году, и их включение в состав Индии было закреплено Поправкой №10 в Конституцию Индии. До этого эти территории формально были независимы, хотя это и не было признано другими странами.
15 августа 1955 года около 4 тысяч индийцев попыталась войти в Гоа. Полиция выбила их из Гоа, но при этом погибли 20-30 индийцев, что настроило мировое сообщество против португальцев. 1 сентября 1955 года Индия закрыла своё консульство в Гоа.
В 1956 - 1957 годах попытки организовать референдум в Гоа провалились из-за расхождения мнений властей Португалии.
Салазар, встревоженный намёками Индии об освобождении Гоа, сначала обратился к Великобритании с просьбой о посредничестве, затем выразил протест через Бразилию и в итоге попросил Совет Безопасности ООН о вмешательстве. Тем временем Кришна Менон, министр обороны Индии и глава индийской делегации в ООН, в недвусмысленных выражениях заявил, что Индия не «откажется от применения вооружённой силы в Гоа». Посол США в Индии Джон Гэлбрейт несколько раз просил индийское правительство разрешить вопрос мирным путём через посредничество и установление соглашения, а не путём вооружённого конфликта.
24 ноября 1961 года пассажирское судно Sabarmati, проходящее между островом Анджадип (португальским) и индийским портом Коччи, было обстреляно португальскими сухопутными войсками, что привело к ранению главного инженера судна и гибели пассажира. Португальцы обстреляли судно из опасения, что оно перевозит десантный отряд для штурма острова. В Индии прошли демонстрации с требованием вооружённой акции в Гоа.
В итоге 10 декабря, за десять дней до вторжения, Неру сделал заявление для прессы: «Дальнейшее существование Гоа под португальским управлением невозможно». США ответили, предупредив Индию, что если и когда вопрос о вооружённой акции Индии в Гоа будет поднят на Совете Безопасности ООН, американская делегация не поддержит Индию.
Получив от индийского правительства добро на военные действия и мандат на захват всех оккупированных территорий, генерал-лейтенант Чодрахи привёл свои войска в действие.
Авиация, предназначенная для нападения на Гоа, начала сосредотачиваться на базах Пуна и Самбра.
Индийский флот у побережья Гоа имел в своём составе даже лёгкий авианосец, крейсера и эсминцы. У португальцев был 1 фрегат и 3 катера.
Еще в марте 1961 года португальский министр обороны объяснил премьер-министру Салазару, что кампания Португалии против деколонизации станет для армии „самоубийственной миссией, в которой мы не сможем добиться успеха“. Путч генералов 13 апреля был бескровным и даже незамеченным. А Салазар 14 декабря 1961 отправил в Гоа сообщение, в котором приказывал португальским силам в Гоа сражаться до последнего человека.
Затем Салазар потребовал от губернатора Гоа продержаться хотя бы восемь дней, в течение которых он надеялся заручиться международной поддержкой против индийского вторжения.
Вначале Португалия усиливала свой гарнизон в Гоа, доведя его аж до 8-12 тыс. военных. Этого было слишком много, чтобы бороться с партизанами и слишком мало для противостоянии Индии. В результате португальский контингент в Индии был сокращен до 3 300 чел.
14 декабря португальская администрация в Гоа получила приказы от министерства заморских территорий в Лиссабоне перевезти мощи св. Франциска Ксаверия — святого патрона Гоа — в Лиссабон. Португальские силы в Гоа также получили приказ разрушить все здания португальского наследия в Гоа невоенного назначения. Согласно приказу во дворец идальго в Панаджи (бывшего штаб-квартирой португальской администрации) были доставлены бочки с бензином, но их убрали по приказу губернатора Васалу-и-Силва, который заявил: „Я не могу уничтожить свидетельство нашего величия на Востоке“.
16 декабря португальские ВВС были приведены в состояние готовности для переправки в Гоа десяти тонн противотанковых гранат на борту двух самолётов DC-6 с базы ВВС в Монтижу (Montijo). Однако самолётам отказали в промежуточной посадке на базе Уилус-Филд американских ВВС в Ливии. Когда португальские ВВС не смогли добиться промежуточной посадки на какой-либо другой авиабазе вдоль пути (большинство стран, включая Пакистан, отказали в пролёте португальских военных самолётов через их территорию), миссия была возложена на гражданский самолёт. Несмотря на то, что пакистанское правительство не разрешило провозить оружие через Карачи, самолёт приземлился в Гоа 17 декабря в 18.00, но его грузом вместо гранат были полдюжины мешков с колбасой. Тем не менее, самолёт привёз также отряд женщин — парашютисток-медсестёр для помощи в эвакуации португальских гражданских. Других ВВС у Гоа не было. Противовоздушная оборона состояла из нескольких устаревших зенитных орудий, управляемых двумя отрядами артиллеристов, тайком проехавших в Гоа под видом футбольных команд.
9 декабря корабль India по дороге из Лиссабона на Тимор зашёл в гоанский порт Мормуган. Несмотря на приказ португальского правительства из Лиссабона не принимать никого на борт, генерал-губернатор Гоа Васалу-и-Силва позволил 700 гражданам Португалии европейского происхождения погрузиться на судно и отплыть из Гоа. Судно было предназначено для перевозки только 380 пассажиров и было заполнено до предела, эвакуируемые заняли даже судовые туалеты. Организовав эту эвакуацию женщин и детей, Васалу-и-Силва ответил прессе: „Если необходимо, мы погибнем здесь“. Эвакуация европейских граждан самолётами продолжалась даже после начала авиаударов индийских сил.
Боестолкновения в Гоа начались 17 декабря 1961 года, когда индийский отряд атаковал и захватил город Маулингем на северо-востоке Гоа, убив при этом двоих португальских солдат.
Наутро 18 декабря парашютная бригада индийской армии направилась в Гоа. Индийские танки дошли до Бетима, который находился через реку от Панаджи, не встретив никакого сопротивления.
Той же ночью майор Шивдев Сингх Сидху решил захватить форт Агуада; он получил сведения, что там находятся заключенные-сторонники Индийского Союза. Так как португальские защитники форта всё ещё не получили приказа о сдаче, они открыли огонь по индийцам и майор Шивдев погиб в перестрелке.
Утром 19 декабря пришёл приказ переправиться через реку Мандови. В этот день был также захвачен форт Агуада, политических заключённых освободили.
К вечеру 19 декабря большая часть Гоа была захвачена наступающими индийскими силами. Большая часть из двух тысяч португальских солдат заняла позиции на военной базе в Алпаркейрос у входа в портовый город Васко да Гама. Согласно португальскому стратегическому плану, силы обороны должны были стоять насмерть у залива против индийцев, пока морем не прибудут португальские подкрепления. Президент Португалии приказал проводить политику выжженной земли — Гоа должен быть разрушен, перед тем как попасть в руки индийцев.
Первый авианалёт индийцы совершили 18 декабря на аэропорт Даболим эскадрильей из 12 бомбардировщиков «Канберра», полностью уничтожив ВПП. Произошли сражения и на море. Силы были слишком неравные и португальцы капитулировали. Гоанский рядовой Мануэль Каэтано стал последним португальским солдатом в Индии захваченным в плен, он был пленён только 22 декабря, после того как достиг вплавь индийского побережья. Военный конфликт стоил жизни 22 индийцам и 30 португальцам. 18 декабря после вторжения индийцев в Гоа по просьбе португальского правительства было созвано чрезвычайное заседание Совета Безопасности ООН с целью рассмотрения индийского вторжения на португальские территории. Представитель США в ООН Эдлай Стивенсон обрушился с критикой на военные действия индийцев. Резолюцию поддержали Франция, Великобритания и Турция, но СССР наложил вето на резолюцию. Получив новости о падении Гоа, португальское правительство официально разорвало все дипломатические отношения с Индией и отказалось признавать включение захваченных территорий в состав Индийской республики. Всем уроженцам Гоа, пожелавшим эмигрировать в Португалию, а не принять власть Индии, было предложено португальское гражданство. Позднее правительство Салазара предложило награду в 10 тыс. долларов США за поимку бригадного генерала Сагата Сингха, командира краповых беретов индийского парашютного полка, который первым вошёл в Панаджи, столицу Гоа (он благополучно дожил до XXI века, умер в 82 года).
Португалия погрузилась в траур, празднования рождества прошли очень тихо. Еще 14 лет Португалия не признавала падение Португальской Индии.
